А. В. Данилов-Данильян, > П. А. Медведев - страница 10

^ Итак, альтернативы рынку нет
Уже сегодня ширится стихийное движение против распределяющих структур центра. Нарождается ущербный рынок переходного периода. Господствующей формой хозяйственных отношений в стране стал бартер — игнорирующий центр, идущий помимо него натуральный обмен между производителями. В последнее время он все больше поддерживается местными властями, спасающими с его помощью свое население от голода, заводы и фабрики от остановки, а себя — от социального взрыва. И нам надо снять шапку перед теми, кто вопреки всем писаным инструкциям осуществлял и осуществляет бартер, ибо в значительной степени благодаря именно этим «экономическим саботажникам» мы и пережили минувшую зиму.

Здесь наметились и обнадеживающие тенденции. В наше время острейшего дефицита радостных вестей о них стоит сказать — положение с обеспечением ресурсами производства товаров народного потребления лучше, чем уверяет центральное правительство. Союзные ведомства действительно не могут обеспечить поставку комплектующих изделий, но многие предприятия и даже целые регионы успешно самообеспечиваются на основе бартера.

А это значит, что на арену большой политики вышли трудовые коллективы и их руководители — сила по самой своей природе созидающая и конструктивная, держащая в своих руках значительные материальные ресурсы.

От того, с кем — с левыми или правыми — она окажется, зависит наше будущее. Союз с демократами уже наметился: шахтеры Новокузнецка в своей борьбе с центром получили у них поддержку.

Ведь цели производителей и демократов едины.

Пойдя на этот союз, демократическое движение приобретет так необходимый ему конструктивизм и созидающее начало.

Центру не остается ничего другого, как попытаться привлечь хозяйственников и трудящихся на свою сторону — не павловской же добротой объясняется снижение союзного налога на прибыль с 45 до 35%.

С этой же целью нещадно эксплуатируется пропагандистским аппаратом нелепый миф о том, что рабочий класс — на стороне центра, на стороне тех, кто грабил и продолжает грабить его.

Нет, центру не оседлать больше эту силу: они несовместимы, как огонь и вода. Что необходимо одним — неприемлемо для других. Экономическая кабала — смерть свободным производителям, отсутствие ее — гибель касте распределителей.

Возрожденная «железом и кровью» в конце 20-х – начале 30-х гг. и кормившая эту касту барщина умирает навсегда, умирает из-за своей чрезвычайно низкой экономической эффективности.

Что же делать распределителям?
^ «Вперед, в последний и кровавый...»
В том-то и дело, что вовсе не обязательно. Ряды новой политической силы — производителей — рекрутируются сегодня как из правых, так и из левых, и именно здесь лежит возможность жизненно необходимого для страны компромисса.

Тем же из распределителей, кто умеет делать еще что-то полезное, нет оснований бояться исчезновения своей касты. Их организаторский опыт пригодится, особенно в переходный период. Отток этих специалистов в сферу свободной хозяйственной деятельности уже начался. И даже такие столпы распределения, как министры, — возможно, чисто внешне — но дрогнули, и лучшие из них уже являются президентами ассоциаций.

Для тех же из распределителей, которые не могут уступить, не захотят отказаться от своих привилегий ради общего выживания, остается один выход — «переквалифицироваться в управдомы».

В этом качестве терпеть их придется недолго: люди все немолодые, они скоро превратятся в брюзжащую оппозицию пенсионеров. Смогут портить жизнь лишь себе и близким — досадно, конечно, но не очень страшно. Главное, что они не смогут мешать становлению новых, естественных хозяйственных отношений.

Многое, конечно, зависит от позиции лидеров. Что ж они в этой новой ситуации?

Лидер России уже сделал решительные шаги навстречу производителям — всем, находящимся под юрисдикцией республики, дана хозяйственная свобода. Можешь работать сам по себе – скатертью дорога, с властями отношения простые и четкие: плати налоги и хозяйствуй на здоровье, на благо себе и обществу, как в любой цивилизованной экономике. Не можешь — договаривайся с министерствами, концернами, ассоциациями и работай с ними на взаимовыгодных условиях. Власть хозяйственнику больше не помеха.

Теперь очередь за президентом. Либо он совершит второй в своей жизни подвиг переоценки ценностей и вторично уйдет от обреченных старых структур, либо упустит свой шанс удержаться на политической сцене.

Первая возможность не только теоретическая – ведь Горбачев далеко не всегда был привержен правым. И даже сейчас, когда он оттолкнул от себя здравомыслящую часть нации, когда с его уст слетают зловещие слова о так называемых «демократах», — он все равно не заодно с Павловым и вопреки ему говорит о необходимости полной компенсации населению роста цен и об ошибочности «возвращения назад», к порядкам конца 70-х гг.

Нынешнее «поправение» Горбачева можно если не оправдать, то объяснить: когда в конце прошлого года наступил, казалось, момент всеобщего развала, он, придающий «по долгу службы» да и (что греха таить) по неуверенности характера совершенно особое значение стабильности, лихорадочно искал, на что опереться. Делал это «вслепую», лихорадочно «шаря руками» вокруг. Слева была горячая, но аморфная, еще не оформившаяся политически масса. Справа — твердыня административных структур. Можно допустить, что в паническом поиске выхода Горбачев не заметил, что твердость эта — оцепенение, обманчивая твердость скелета: обопрись посильнее — и рассыплется в прах.

Так, решая тактическую задачу, президент совершил (хочется верить, еще поправимую) стратегическую ошибку, освятив своим именем попытку воссоздания «патрулируемой экономики».

Баланс сил с того времени существенно изменился. Борясь за выживание, трудовые коллективы целых регионов перешли на самообеспечение и лишили тем самым реальной экономической власти распределяющие структуры, которые «зависли» в политическом пространстве.

А их политические ïðîòèâíèêè – и в первую очередь республиканские правительства – усиливаются и матереют, несмотря на бесконечные провокации союзных властей. Их плечи наливаются силой. И кроме них президенту скоро будет уже не на кого опереться.

А им он тоже нужен — правда, в совершенно ином качестве.

Осенью прошлого года он еще не был готов отказаться от «азиатской», почти неограниченной распределительской власти ради власти «европейской», разумно ограниченной, которой обладают руководители цивилизованных стран.

Сегодня «азиатская» власть обречена. Она уходит, исчезает стремительно и необратимо. И это – общемировая тенденция.

А в нашей стране распределители во главе с президентом и не собираются пока отказываться от планов реанимации барщины. Их деструктивная, антинародная финансовая политика уже поставила в повестку дня вопрос о выпуске межреспубликанской, защищенной от инфляции валюты.

Эта валюта, эмитируемая согласно взаимной договоренности центральными банками республик, позволит бартеру перерасти в нормальные товарно-денежные отношения и лишит распределяющие органы последней возможности деструктивно влиять на хозяйственную жизнь республик.

И если Горбачев не пойдет на мир, не согласится на власть цивилизованную, «европейскую», если он окончательно свяжет себя с обреченной кастой распределителей, он лишится в этой стране всякой власти вообще.

Более того: если он промедлит до завершения Павловым и другими «твердолобыми» самоубийственной денежной реформы, возмущение народа превратит его в политический труп, никто и никогда больше не вспомнит о его былых заслугах.

Времени на размышления остается у него все меньше. Как è сторонников.

Не опоздать бы в очередной раз.

2738635306630051.html
2738711349995662.html
2738799466166178.html
2738921094969027.html
2739017715856898.html